Смерть давно не чувствовала себя так прекрасно, как сейчас. Марина наконец оставила её в покое, работа шла как по маслу, под ногами не мешались никакие коты, журнал…
– А где журнал? – Смерть шарила по всем карманам и чёрным дырам в поисках самого главного своего мануала.
Его украли. Преступник действовал очень аккуратно и бесшумно – лишь рыжий волос не дал ему уйти бесследно.
Найти вторую половинку такому цельному и самодостаточному соискателю, как Вера Алексеевна, казалось невозможным, но Марина не сдавалась. На кону стояла девичья гордость – бессмысленная и беспощадная ставка.
– Как вам во-он тот мужчина с седым ирокезом на голове? – спросила Марина, когда они с клиенткой пришли на концерт её любимой группы, играющей в стиле мелодичного дэт-метала. – Сразу видно, ваш типаж.
– Это не ирокез – просто волосы дыбом встали. Я уже спрашивала у него. Мужчина перепутал концерты, думал, что пришёл на шансон, а толпа оттеснила его к колонке. К слову, сорок минут назад волосы у него были чёрные. Мне больше нравится вон тот, – показала женщина на солиста.
– Издеваетесь? Как вы себе это представляете? Он же в четыре раза вас моложе!
– Зато какой голос сильный! С моим слухом самое оно!
– Но ведь он женат. Давайте лучше попробуем с барабанщиком, тот вроде и так отбитый на всю голову, – не сдавалась Марина.
– Мне нужен настоящий фаворит – тот, кто своим микрофоном заставит меня молчать и сможет делать со мной всё, что захочет!
Настрой Веры Алексеевны пугал, восхищал и бесил одновременно. Солиста заполучить не удалось, как и директора крупного инвестиционного фонда, космонавта и олимпийского чемпиона по бобслею. Марина теряла всякую надежду и терпение. Она чувствовала, что Смерть насмехается над ней, и решилась на нечестную игру.
В условиях задания не было ни слова о том, как именно женщина должна закончить свой век. Марина решила пойти по пути наименьшего сопротивления, переложив свои проблемы на волю несчастного случая или стихийного бедствия. Вот только карту и расписание таких мероприятий в Гугле не скачаешь. Зато у Смерти есть целый график с геопозициями и фамилиями участников.
За пару пакетиков хлорки и влажного корма Марина подговорила Паганини выкрасть у Смерти её журнал, чтобы немного поиграться с людскими судьбами. Вот только она не учла одного: судьба Веры Алексеевны была настолько непредсказуемой, что вместо линии жизни у неё была полукубическая парабола. Цыганки начинали страдать мигренью и возвращали деньги после того, как Вера Алексеевна соглашалась дать свою руку для анализа будущего.
Женщина никогда не задумывалась над тем, что ждёт её завтра, поэтому слово «завтра» для неё просто не существовало – она всё делала сегодня и сейчас. Её ангел-хранитель перенёс тринадцать нервных срывов, три инфаркта, у него даже появился свой личный ангел-хранитель, но он не сдался и в итоге стал самым сильным и психически устойчивым среди своей братии.
Началось всё в праздничные выходные. Группа туристов, куда по инициативе Марины вошла и Вера Алексеевна, должна была погибнуть во время лесного пожара. Судя по записям, причиной массовой гибели должна была стать особо опасная группировка майских шашлычников, взявшая лес в кольцо.
Марина наблюдала со стороны момент, когда вспыхнули первые ссоры.
– Горит! – кричал один из отдыхающих. – Пивком полить надо!
– Отстань! Ничего не горит, у меня своя методика! – отвечал другой, глядя на закоптившийся шашлык.
Слово за слово, и вот первый мангал уже опрокинут.
Прошлогодняя трава, сухие иголки, пакеты – огонь беспощадно начал поглощать всё, кроме жидкости для розжига и покупного угля. Эти ингредиенты даже не начали тлеть и остались целыми и невредимыми до самого конца.
Огонь подступал со всех сторон.
– Мы все тут погибнем! – плакал руководитель отряда – человек, который должен был всех успокаивать и искать решение.
– Ага, разбежались! – схватила его за горло Вера Алексеевна. – В погибели отказано. Пока замуж не выйду или не заберусь на Эверест, помирать не собираюсь. А здесь я не вижу ни горы, ни достойного кандидата.
Она достала из кармана свой спутниковый телефон, которым пользовалась ещё в пустынях, и начала диктовать МЧС координаты. Жар подступал со всех флангов, из-за дыма трудно было решить, в какой стороне спасение, пока мимо группы туристов не пронеслась целая вереница сосисок. Следом за ней бежал, громко матерясь, один из шашлычников.
– Стой, сволочь рыжая! – кричал дядька, пытаясь поймать Паганини, которому воровство пришлось по вкусу, как и сосиски.
– За ними! Держитесь сосисок. А если не видите, то следуйте на мат, – скомандовала Вера Алексеевна, и группа туристов рванула в сторону спасения.
Через пару часов пожар был локализован. В журнале Смерти появились первые красные пометки о невыполненном задании.
– Ну вот что ты наделал? – смотрела Марина на довольного, сытого кота, у которого только остатки усов слегка подпалились. – Ладно, я не могу на тебя злиться.
Листая журнал, Марина выбирала случаи с максимальным количеством жертв, чтобы неопределённая судьба её клиентки затесалась среди чужих. Одним из таких случаев оказалось затопление круизного теплохода.
– Что я забыла на этой музыкальной посудине для переправки мажорных килокалорий? – возмущалась Вера Алексеевна. – Хочешь, чтобы я от скуки на шезлонге померла?
– А что, так можно было?
– Не поняла, – грозно хрустнула костяшками пальцев и всей тазобедренной частью Вера Алексеевна.
– Шучу, – улыбнулась Марина. – Там же будут молодые матросы, коки, боцманы, целый капитан – столько возможностей найти своё счастье! А ещё – шведский стол, – подмигнула девушка.
– На греческих галерах и то интереснее, – сплюнула бабка.
– Обещаю, скучно не будет.
Марина не смогла скрыть свою злорадную улыбку. Именно это и подкупило клиентку.
Судя по журналу, теплоход должен был пойти ко дну из-за пробоин в обшивке.
«Уж с корабля-то бабка никуда не денется, да и шлюпок на всех явно не хватит», – потирала руки Марина.
Вера Алексеевна взошла на борт, фыркнула при виде разморённых весенним солнцем неженок, которые ослепляли рыбаков на берегу своими пафосными физиономиями, и направилась прямиком в бар. Там она чуть не сломала бармену нос, когда тот предложил ей чаю с ромашкой, и попросила четыре тысячи капель хорошего виски. Бармен поставил ей графин, и Вера Алексеевна вкушала из него весь вечер. Ближе к ночи она засунула в пустую тару записку с желанием быть похищенной и текущими координатами, плотно закупорила и выбросила за борт.
«Всегда мечтала это сделать», – смотрела Вера Алексеевна на исчезающий в чёрной воде графин.
Через три часа, когда утомлённые свободой люди уже спали в своих каютах, из всех динамиков прозвучало невнятное сообщение капитана о скором затоплении. Началась паника. На воду начали спускаться первые шлюпки, сонным пассажирам выдавались спасательные жилеты.
Марина была неподалеку. Аид помог ей с арендой плавательного средства и выдал в помощь Харона, который должен был сразу приглашать утонувших на свой борт.
– А это ещё кто? – произнесла Марина, глядя на приближающееся к теплоходу небольшое судно без опознавательных знаков.
– Пираты, – лениво ответил паромщик.
– Пираты? На реке?
– Очень бедные или очень глупые пираты, – предположил Харон.
– Да они же мне все испортят! – бесилась Марина.
Так и случилось. Пираты оказались жадными, но не кровожадными. Они приняли на свой борт тех, на кого не хватило шлюпок, и высадили их на ближайшем берегу, предварительно заставив вывернуть карманы.
– А ты была права! – с жаром рассказывала Вера Алексеевна Марине о своих приключениях. – Прогулочка и правда оказалась интересной. Меня даже почти приняли в пиратскую команду за то, что я навела на судно этих разбойников, скинув им в графине наши координаты. Капитан у них, правда, какой-то нелюдимый. Я к нему и так и эдак, думала, что вот она – моя судьба: сильный, отважный. А этот аутист только брыкался да просил его не трогать, пока он там в свой блог пишет об удачном нападении. Тьфу, развелось блогеров и журналистов.
Злость распирала Марину, но не только она была в ярости. Смерть тем временем искала Паганини во всех возможных местах. Она собиралась вытрясти из кота все его девять жизней и даже открыть первый в истории филиал кошачьего ада, куда бы навеки запихнула этого воришку. Без журнала она действовала по памяти, но память кончалась. Ещё несколько дней, и Смерти пришлось бы экспериментировать и действовать наудачу, что наводило ужас на ангелов-хранителей. Поэтому они решили сдать Марину с потрохами.
– Совсем, что ли, из ума выжила? – сокрушалась Смерть, узнав о том, что задумала Марина. – Из-за какой-то тётки тут всё пошло по косе. Ну я доберусь до неё! – махала она костлявым кулаком в сторону неба.
Без журнала найти Марину было не так-то просто. Приходилось расспрашивать, подключать знакомых, развешивать объявления. Смерть почти дошла до программы «Жди меня», но, на радость вселенскому равновесию, Марина появилась на горизонте гораздо раньше.
– Слушайте, я не понимаю, как вам удалось пережить восьмибалльное землетрясение, находясь в его эпицентре? – набросилась Марина на Веру Алексеевну, когда та выбралась живой из очередной подставы.
– Наверное, это мой ангел-хранитель меня защищает, – предположила женщина.
Марина взглянула на перебинтованного, всего в кровоподтеках ангела, который в вопросе зашивания собственных ран легко бы дал прикурить Рэмбо.
– Знаете, вы правы. Найти вам подходящую пару нереально, поедемте домой, – грустно предложила Марина и протянула женщине билет на автобус.
– Сдаешься? – усмехнулась та, выхватывая билет.
– Пожалуй. Да и вариантов больше не предвидится.
Марина снова заглянула в журнал и, не найдя в нём ни строчки о ближайших катастрофах, закинула его в рюкзак.
– А где журнал? – Смерть шарила по всем карманам и чёрным дырам в поисках самого главного своего мануала.
Его украли. Преступник действовал очень аккуратно и бесшумно – лишь рыжий волос не дал ему уйти бесследно.
Найти вторую половинку такому цельному и самодостаточному соискателю, как Вера Алексеевна, казалось невозможным, но Марина не сдавалась. На кону стояла девичья гордость – бессмысленная и беспощадная ставка.
– Как вам во-он тот мужчина с седым ирокезом на голове? – спросила Марина, когда они с клиенткой пришли на концерт её любимой группы, играющей в стиле мелодичного дэт-метала. – Сразу видно, ваш типаж.
– Это не ирокез – просто волосы дыбом встали. Я уже спрашивала у него. Мужчина перепутал концерты, думал, что пришёл на шансон, а толпа оттеснила его к колонке. К слову, сорок минут назад волосы у него были чёрные. Мне больше нравится вон тот, – показала женщина на солиста.
– Издеваетесь? Как вы себе это представляете? Он же в четыре раза вас моложе!
– Зато какой голос сильный! С моим слухом самое оно!
– Но ведь он женат. Давайте лучше попробуем с барабанщиком, тот вроде и так отбитый на всю голову, – не сдавалась Марина.
– Мне нужен настоящий фаворит – тот, кто своим микрофоном заставит меня молчать и сможет делать со мной всё, что захочет!
Настрой Веры Алексеевны пугал, восхищал и бесил одновременно. Солиста заполучить не удалось, как и директора крупного инвестиционного фонда, космонавта и олимпийского чемпиона по бобслею. Марина теряла всякую надежду и терпение. Она чувствовала, что Смерть насмехается над ней, и решилась на нечестную игру.
В условиях задания не было ни слова о том, как именно женщина должна закончить свой век. Марина решила пойти по пути наименьшего сопротивления, переложив свои проблемы на волю несчастного случая или стихийного бедствия. Вот только карту и расписание таких мероприятий в Гугле не скачаешь. Зато у Смерти есть целый график с геопозициями и фамилиями участников.
За пару пакетиков хлорки и влажного корма Марина подговорила Паганини выкрасть у Смерти её журнал, чтобы немного поиграться с людскими судьбами. Вот только она не учла одного: судьба Веры Алексеевны была настолько непредсказуемой, что вместо линии жизни у неё была полукубическая парабола. Цыганки начинали страдать мигренью и возвращали деньги после того, как Вера Алексеевна соглашалась дать свою руку для анализа будущего.
Женщина никогда не задумывалась над тем, что ждёт её завтра, поэтому слово «завтра» для неё просто не существовало – она всё делала сегодня и сейчас. Её ангел-хранитель перенёс тринадцать нервных срывов, три инфаркта, у него даже появился свой личный ангел-хранитель, но он не сдался и в итоге стал самым сильным и психически устойчивым среди своей братии.
Началось всё в праздничные выходные. Группа туристов, куда по инициативе Марины вошла и Вера Алексеевна, должна была погибнуть во время лесного пожара. Судя по записям, причиной массовой гибели должна была стать особо опасная группировка майских шашлычников, взявшая лес в кольцо.
Марина наблюдала со стороны момент, когда вспыхнули первые ссоры.
– Горит! – кричал один из отдыхающих. – Пивком полить надо!
– Отстань! Ничего не горит, у меня своя методика! – отвечал другой, глядя на закоптившийся шашлык.
Слово за слово, и вот первый мангал уже опрокинут.
Прошлогодняя трава, сухие иголки, пакеты – огонь беспощадно начал поглощать всё, кроме жидкости для розжига и покупного угля. Эти ингредиенты даже не начали тлеть и остались целыми и невредимыми до самого конца.
Огонь подступал со всех сторон.
– Мы все тут погибнем! – плакал руководитель отряда – человек, который должен был всех успокаивать и искать решение.
– Ага, разбежались! – схватила его за горло Вера Алексеевна. – В погибели отказано. Пока замуж не выйду или не заберусь на Эверест, помирать не собираюсь. А здесь я не вижу ни горы, ни достойного кандидата.
Она достала из кармана свой спутниковый телефон, которым пользовалась ещё в пустынях, и начала диктовать МЧС координаты. Жар подступал со всех флангов, из-за дыма трудно было решить, в какой стороне спасение, пока мимо группы туристов не пронеслась целая вереница сосисок. Следом за ней бежал, громко матерясь, один из шашлычников.
– Стой, сволочь рыжая! – кричал дядька, пытаясь поймать Паганини, которому воровство пришлось по вкусу, как и сосиски.
– За ними! Держитесь сосисок. А если не видите, то следуйте на мат, – скомандовала Вера Алексеевна, и группа туристов рванула в сторону спасения.
Через пару часов пожар был локализован. В журнале Смерти появились первые красные пометки о невыполненном задании.
– Ну вот что ты наделал? – смотрела Марина на довольного, сытого кота, у которого только остатки усов слегка подпалились. – Ладно, я не могу на тебя злиться.
Листая журнал, Марина выбирала случаи с максимальным количеством жертв, чтобы неопределённая судьба её клиентки затесалась среди чужих. Одним из таких случаев оказалось затопление круизного теплохода.
– Что я забыла на этой музыкальной посудине для переправки мажорных килокалорий? – возмущалась Вера Алексеевна. – Хочешь, чтобы я от скуки на шезлонге померла?
– А что, так можно было?
– Не поняла, – грозно хрустнула костяшками пальцев и всей тазобедренной частью Вера Алексеевна.
– Шучу, – улыбнулась Марина. – Там же будут молодые матросы, коки, боцманы, целый капитан – столько возможностей найти своё счастье! А ещё – шведский стол, – подмигнула девушка.
– На греческих галерах и то интереснее, – сплюнула бабка.
– Обещаю, скучно не будет.
Марина не смогла скрыть свою злорадную улыбку. Именно это и подкупило клиентку.
Судя по журналу, теплоход должен был пойти ко дну из-за пробоин в обшивке.
«Уж с корабля-то бабка никуда не денется, да и шлюпок на всех явно не хватит», – потирала руки Марина.
Вера Алексеевна взошла на борт, фыркнула при виде разморённых весенним солнцем неженок, которые ослепляли рыбаков на берегу своими пафосными физиономиями, и направилась прямиком в бар. Там она чуть не сломала бармену нос, когда тот предложил ей чаю с ромашкой, и попросила четыре тысячи капель хорошего виски. Бармен поставил ей графин, и Вера Алексеевна вкушала из него весь вечер. Ближе к ночи она засунула в пустую тару записку с желанием быть похищенной и текущими координатами, плотно закупорила и выбросила за борт.
«Всегда мечтала это сделать», – смотрела Вера Алексеевна на исчезающий в чёрной воде графин.
Через три часа, когда утомлённые свободой люди уже спали в своих каютах, из всех динамиков прозвучало невнятное сообщение капитана о скором затоплении. Началась паника. На воду начали спускаться первые шлюпки, сонным пассажирам выдавались спасательные жилеты.
Марина была неподалеку. Аид помог ей с арендой плавательного средства и выдал в помощь Харона, который должен был сразу приглашать утонувших на свой борт.
– А это ещё кто? – произнесла Марина, глядя на приближающееся к теплоходу небольшое судно без опознавательных знаков.
– Пираты, – лениво ответил паромщик.
– Пираты? На реке?
– Очень бедные или очень глупые пираты, – предположил Харон.
– Да они же мне все испортят! – бесилась Марина.
Так и случилось. Пираты оказались жадными, но не кровожадными. Они приняли на свой борт тех, на кого не хватило шлюпок, и высадили их на ближайшем берегу, предварительно заставив вывернуть карманы.
– А ты была права! – с жаром рассказывала Вера Алексеевна Марине о своих приключениях. – Прогулочка и правда оказалась интересной. Меня даже почти приняли в пиратскую команду за то, что я навела на судно этих разбойников, скинув им в графине наши координаты. Капитан у них, правда, какой-то нелюдимый. Я к нему и так и эдак, думала, что вот она – моя судьба: сильный, отважный. А этот аутист только брыкался да просил его не трогать, пока он там в свой блог пишет об удачном нападении. Тьфу, развелось блогеров и журналистов.
Злость распирала Марину, но не только она была в ярости. Смерть тем временем искала Паганини во всех возможных местах. Она собиралась вытрясти из кота все его девять жизней и даже открыть первый в истории филиал кошачьего ада, куда бы навеки запихнула этого воришку. Без журнала она действовала по памяти, но память кончалась. Ещё несколько дней, и Смерти пришлось бы экспериментировать и действовать наудачу, что наводило ужас на ангелов-хранителей. Поэтому они решили сдать Марину с потрохами.
– Совсем, что ли, из ума выжила? – сокрушалась Смерть, узнав о том, что задумала Марина. – Из-за какой-то тётки тут всё пошло по косе. Ну я доберусь до неё! – махала она костлявым кулаком в сторону неба.
Без журнала найти Марину было не так-то просто. Приходилось расспрашивать, подключать знакомых, развешивать объявления. Смерть почти дошла до программы «Жди меня», но, на радость вселенскому равновесию, Марина появилась на горизонте гораздо раньше.
– Слушайте, я не понимаю, как вам удалось пережить восьмибалльное землетрясение, находясь в его эпицентре? – набросилась Марина на Веру Алексеевну, когда та выбралась живой из очередной подставы.
– Наверное, это мой ангел-хранитель меня защищает, – предположила женщина.
Марина взглянула на перебинтованного, всего в кровоподтеках ангела, который в вопросе зашивания собственных ран легко бы дал прикурить Рэмбо.
– Знаете, вы правы. Найти вам подходящую пару нереально, поедемте домой, – грустно предложила Марина и протянула женщине билет на автобус.
– Сдаешься? – усмехнулась та, выхватывая билет.
– Пожалуй. Да и вариантов больше не предвидится.
Марина снова заглянула в журнал и, не найдя в нём ни строчки о ближайших катастрофах, закинула его в рюкзак.
- Следующая серия рассказа Смертельная работа, или ненормальные приключения Марины, Кота и Смерти с Косой, часть 14
- Предыдущая статья серии Смертельная работа, или ненормальные приключения Марины, Кота и Смерти с Косой, часть 12
